Одна на тысячу
В сельском поселении Теряевское, насчитывающем более четырех тысяч жителей, 70-летие Победы отметили всего четыре оставшихся в живых участника Великой Отечественной войны. Одна из них – жительница деревни Носово Фаина Базунова
Глаза и уши
– Известие о начале войны я встретила на сенокосе в двенадцати километрах от родной деревни Рыбино Пижанского района Кировской области.
Помню, скачет всадник на лошади и кричит: «Война, война началась, Гитлер напал!» Женщины заплакали, мужики насупились, и лишь маленькие дети беззаботно бегали и шалили. Это был второй день войны…
Весной 1942 года меня и еще несколько таких же 18-летних девчат из округи призвали в армию. После долгой дороги мы приехали в Беломорск. Там была временная столица Карелии, так как Петрозаводск был занят немцами. Попала я служить в 6-й отдельный батальон воздушного наблюдения, оповещения и связи.
В то время радиолокаторов еще не было, поэтому наша служба была «глазами и ушами» войск ПВО и предупреждала нашу зенитную артиллерию о приближении вражеских бомбардировщиков к военным объектам. За 17 дней я научилась распознавать самолеты по их силуэтам и шуму моторов, успешно сдала экзамены, приняла присягу и по распределению попала в 3-ю роту. Это подразделение дислоцировалось в поселке Чупа, на берегу Кандалакшского залива Белого моря.
От полярных до белых ночей
– Служить на посту наблюдения поначалу было трудно и страшно – постоянные бомбежки, гибель офицеров и солдат от рук немецких диверсантов, действующих в прифронтовой полосе. Но со временем мы привыкли. Наша точка состояла из пяти человек – начальник поста, радист и три девчонки-наблюдательницы. Службу несли круглосуточно – два часа на вышке, два часа в дежурном помещении у телефона, два часа на отдых, и затем все повторялось.
Легче было, когда наступали полярные ночи. Тогда из-за плохой видимости и непогоды авиация противника отсиживалась на аэродромах. С наступлением белых ночей интенсивность налетов германской авиации увеличивалась в несколько раз, особенно после того, как Мурманск отразил наступление.
В феврале 1943 года наш батальон наградили орденом Боевого Красного Знамени, а мне присвоили воинское звание «ефрейтор».
Штык – в землю!
– День окончания войны стал незабываем. Я стояла на вышке и с высоты увидела, что на наш пост бежит капитан. Через некоторое время ко мне вышел оперативный дежурный Михаил Ренухин и радостно закричал: «Часовой, штык – в землю, война закончилась!»
«Ой, мамочка моя, скоро я тебя увижу!» – пронеслось в моей голове. Из казарм выскочили мои сослуживцы и начали радостно стрелять в воздух. Какая радость, скоро домой! Все обнимались, целовались.
Однако с окончанием войны служба моя не закончилась. К нам прислали новое пополнение 18-летних девчонок, и я их обучала. В июне 1945 года я вступила в компартию, а в августе демобилизовалась.
Нас собрали в городе Беломорске, в здании театра, поздравили с Победой и поблагодарили за службу. Мы выступили с концертом художественной самодеятельности, сфотографировались с сослуживцами, затем погрузились в эшелоны и отправились по родным местам.
Дорогая медаль
– По возвращении из армии я работала военруком в школе, но недолго – в 1946 году по распоряжению партийного комитета меня направили на строительство железнодорожной ветки Йошкар-Ола – Яранск. В этой комсомольско-молодежной стройке участвовало более 850 молодых ребят и девушек. Пилили лес, делали земляную насыпь, укладывали шпалы и рельсы. Работать было трудно, но весело.
В 1952 году я вышла замуж за фронтовика Николая Базунова. Он был артиллеристом и воевал против японцев, освобождая Маньчжурию. В 1955 году мы переехали к его родным в Волоколамский район, а затем купили дом в деревне Носово, где по сей день я и живу.
Несмотря на преклонный возраст, я продолжаю следить за жизнью нашей страны, читаю газеты, смотрю телевизор. К сожалению, нет того здоровья, что было в молодости. Годы берут свое. Когда-то мои уши ловили слабые звуки авиационных двигателей, а теперь навалилась глухота. В молодости глаза высматривали в заполярном небе силуэты вражеских самолетов, а сейчас почти не видят.
Из пяти военных наград самая дорогая для меня – медаль «За оборону Советского Заполярья».
Фаина Рычкова (справа) с боевой подругой (30.10.1944)