Наследие не уместилось в чемоданы
Четыре больших картонных чемодана книг – собрание художника и педагога Валентина Черногорова. Его наследники принесли баулы в городскую библиотеку и выставили в фойе. Смотрю и удивляюсь: как много может рассказать личная библиотека о ее владельце…
В коллекции Черногорова – книги по четырем отраслям: философия и история религии, монографии и альбомы о Пушкине, поэты и писатели Серебряного века, медицинские справочники, травники и труды по нетрадиционным видам лечения. Последних, медицинских, книг очень много. Жена художника болела. Он переживал, пытался как-то помочь. С ее гибелью совсем потерялся, затосковал. Эта безмерная тоска свела его в могилу. Такая сильная была привязанность, такая крепкая семья.
Последнее место работы Черногорова – Волоколамский аграрный техникум «Холмогорка», где он трудился художником-оформителем и педагогом дополнительного образования. Тихий, скромный, приветливый, добрый человек. Он писал объявления, оформлял сцену к праздничным мероприятиям и даже рисовал большие панно на оргалите.
У Черногорова было тонкое чувство цвета и света, несомненный талант. Но! Он напрочь был лишен чувства формы. Чтобы изобразить фигуру человека, он расчерчивал лист или холст на квадратики и по ним переносил изображение с эскиза. И все равно получалось кондово, грубо, неестественно. И при этом мягкие тона, гармония красок, верно взятое освещение. Странные получались у Валентина Александровича работы. Ему надо было бы вовсе отказаться от формы и писать абстрактные композиции. Он был бы отличный художник-абстракционист. Однако родился не в то время и не в том месте, получил не то образование. Не было рядом педагога, который правильно направил бы развитие его таланта, а у самого художника не хватило понимания себя, своих сильных и слабых сторон.
Интересно, что станет с его живописным наследием. Знаю – несколько, наверное, самых слабых его картин, есть в собрании МВК «Волоколамский кремль». А где остальные?
Среди книг, которые принесли наследники в библиотеку, было лишь несколько монографий по искусству. Возможно, потому что художественную часть наследия они берегут.
У меня осталась тетрадь Черногорова, озаглавленная «Слово о Пушкине». В ней есть такие строки: «Недругам Александра Сергеевича я бы ответил так: «Врете, подлецы! Все так, да не так, как у вас. Иначе». В этой фразе его интонации. Ушел художник, а слова продолжают звучать.