Журналистика эпохи позднего Путина
В России прямо сейчас разгорается конфликт между журналистикой эпохи позднего Путина и журналистикой, в которой действительно нуждается российское гражданское общество.
Когда задержали Ивана Сафронова Навальный выразил свое мнение относительно этого события. Да, это мнение авторитетного политика, но журналистская свобода слова не может существовать в ущерб свободе мнения.
Журналистика не заставила долго ждать с ответом — на него обрушился шквал критики, венцом которой стал пост Ивана Голунова.
После прочтения голуновского поста мне стало физически тошно. Даже с учетом того, что я после июня прошлого года перестал воспринимать всерьез и близко к сердцу Медузу, которую когда-то считал образцом независимого СМИ.
Голунов практически в прямом смысле нанес удар топором по суку, на котором сидит и он, и его многочисленные коллеги. С таким же успехом можно было в 2020 году отказаться от распространения своих статей в онлайн и вернуться к старой доброй печати.
Навальный ответил Голунову. Легче не стало, по большей части от того, что Навальный чертовски прав. И ведь ничего нового он не написал, кроме разбора тех ссылок, по которым я (честно) поленился перейти. Да и времени не было.
Когда у меня год назад спрашивали почему я требую справедливости к Голунову, я ни минуты не сомневаясь отвечал — потому что на его месте может оказаться каждый. Как оказалось, не каждый.
О последствия спасения Голунова из цепких лап государства в июне прошлого года практически сразу после этого написал Максим Миронов. Вот только одна цитата:
Допускаю, что большинство тех, кто собирался выйти 12 июня не знали до этой истории, кто такой Голунов, и протестовать они хотели не за Голунова (хотя это было формальным лозунгом), а против полицейского беспредела, который проник во все сферы нашей жизни. Всем этим людям плюнули в души: «Мы своего вытащили, а ваши пусть продолжают сидеть, нас это уже не касается». В будущем это резко понизит стимулы общества впрягаться за журналистов. В таких условиях властям проще запугивать журналистов и сажать тех, кто им чем-то не понравился.
Год назад проголуновский договорняк внедрил в журналистику вирус, а попытка и методы заставить Навального им подыгрывать после ареста Сафронова запустили необратимый процесс. Или журналистика выработает коллективный иммунитет и изменится, или нахер такая журналистика не нужна — все равно, что скончалась.
Навальный дает журналистам инфоповодов не меньше чем Путин. А если говорить об их содержании, то бросающий ручку и жену Путин давно валяется на татами. Писать же про Явлинского — значит забыть про трафик и рекламодателей. Напрочь.
Из того, что лично я могу описать о своем опыте взаимодействия со СМИ и Навальным — это протесты в Волоколамске. Узнали бы в России о мощных массовых митингах в 80 км от МКАД, если бы Навальный об этом не написал? Где были журналисты, когда из волоколамских школ начали на скорых увозить детей. Напомню — все, включая Медузу, написали интерфаксовский бред про распыленный баллончик.
Этот твит нашего юриста Дениса Кунаева ретвитнул Алексей Навальный и только после этого ему начали писать СМИ — Тихон Дзядко, Александр Плющев и другие.
Вот так это работает — пока не напишет Навальный любые события в стране для журналистов всего лишь лента сообщений Интерфакса.
А теперь другой кейс — 12 апреля 2018 года по Волоколамску прокатились оперативники и следователи, обыски прошли по нескольким десяткам адресов. Для СМИ это было лишь поводом для небольшой заметки. Но все изменилось в корне, когда появилась (от нас) информация об обысках в местной газете «Волоколамская неделя». Звонок журналиста:
- Алло, у вас там обыски?
- Да, у активистов, предпринимателей…
- Так, давайте про обыски в редакции.
Обыски у активистов тогда отошли на второй план — «Наших бьют»
Для журналистов нет ничего интереснее, чем угроза самим себе. Ведь уже не раз обсуждалось, что люди охотнее читают про негатив. Журналисты тоже люди — они охотнее пишут про негатив для журналистов. Именно это и испытал на себе Навальный после ареста Сафронова.
Журналисты должна служить людям, а не люди - журналистам. Любые СМИ в стране, как либеральные, так и традиционалистские, сейчас главные бенефициары людского горя — если в стране будет все хорошо, то кому они понадобятся? Если полицейские на митингах перестанут красиво винтить стариков и детей, то кому это будет интересно?
Помните фразу «К чему дорога, если она не ведет к храму?» из «Покаяния» Тенгиза Абуладзе? Ее можно перефразировать — «К чему газеты, если они не пишут правду?»
И виноват тут не Навальный, он лишь нашел в себе смелость обратить на это внимание.