Дело о самоходке: первый раунд
12 февраля в Волоколамском городском суде состоялось первое открытое слушание по уголовному делу о немецкой самоходке, которая является частью мемориала 11 героев-саперов на 114-м километре Волоколамского шоссе. В суд явились обвиняемый, потерпевший, прокурор, свидетели и эксперты. Вел процесс федеральный судья Виктор Тюленев. В ходе слушания открылись интересные подробности.
Версия обвинения
Вначале была установлена личность подсудимого – гражданин Белоруссии, генеральный директор ООО «Лейбштандарт» Дмитрий Бушмаков. Имеет два высших образования, женат, воспитывает двух детей и постоянно проживает на территории России.
Старший помощник городского прокурора Валерий Локотков зачитал обвинение. Дмитрию Бушмакову инкриминируется подмена оригинальных частей немецкой самоходной артиллерийской установки (САУ) на неоригинальные.
Сегодня в мире сохранились всего лишь две подобные самоходки: одна в Волоколамском районе, а другая – в Москве. Всего таких машин во время войны было сделано около двухсот.
Мемориал, частью которого является самоходка, внесен в государственный список недвижимости памятников архитектуры местного значения на основании решения исполкома Мособлсовета народных депутатов от 1990 года.
Из обвинительного заключения Валерия Локоткова следует, что вернули обратно самоходку уже не ту, что была, а с новодельными деталями. В результате так называемой реставрации САУ утеряла свою ценность как памятник, причинив Министерству культуры области общий ущерб на сумму не менее ста тысяч евро, что по современному курсу составляет почти четыре миллиона рублей.
Бушмаков обвинялся в совершении преступления по пункту «в» части второй статьи 164 УК России – хищение предметов, имеющих особую ценность. Санкции статьи предусматривают лишение свободы на срок до 15 лет.
Представитель потерпевшей стороны – консультант Минкультуры Дмитрий Прохоров – полностью согласился с обвинением. Он подчеркнул, что для выполнения любых работ с памятниками необходима лицензия на проведение реставрационных работ. Ее у ООО «Лейбштандарт» не было. Кроме того, необходимо было получить разрешение Министерства культуры. Ни администрация Волоколамска, ни «Лейбштандарт» за получением разрешения в Минкультуры не обращались.
Не вижу зла
– Обвинение полностью абсурдно, – заявил Дмитрий Бушмаков и в диалоге со своим адвокатом Алексеем Кица постарался обелить себя в глазах суда – перечислял объекты, которые передал в различные музеи, рассказывал, как устраивал реконструкцию военных событий.
Особенно Дмитрий Бушмаков отмечал тот факт, что его фирма в области реставрации предпринимательской деятельностью не занималась.
На вопрос прокурора, что побудило подсудимого заняться реставрацией, Бушмаков сухо ответил: «Любовь к родине».
Ссылался подсудимый и на ужасное состояние памятника. По его словам, о перевозке самоходки в столицу были предупреждены все правоохранительные органы, а вот что на работы эти нужно специальное разрешение Минкультуры, Бушмаков не знал. Он объяснил необходимость транспортировки самоходки тем, что «в поле» сварочные работы провести было нельзя, а в Москве с САУ оригинальных деталей не снимали, лишь только добавили недостающие.
На вопрос от судьи: «Было ли хищение с подменой?» реставратор ответил категорически: «Нет».
Куда смотрели власти
В качестве свидетеля в зал вызвали бывшего главу городского поселения Волоколамск Василия Шулепова. Бывший чиновник, ныне пенсионер, узнал Бушмакова. Он пояснил необходимость реставрации «чудовищным состоянием» мемориала.
– Мы составили смету на выполнение работ – необходима была сумма, превышающая пять миллионов рублей, – рассказал Шулепов. – На тот момент в бюджете таких денег не было.
Василий Шулепов знал о статусе мемориала. А вот то, что работы нужно согласовывать с министерством, чиновник не знал. На момент подписания договора, как сказал Шулепов, подрядчик заверил в наличии необходимой лицензии. Однако проверить ее мэр не удосужился.
Шулепов также зачитал акт от 2010 года о состоянии самоходки. В нем говорится, что внутри машины не было ни мотора, ни коробки передач, ни механизма управления, ни многих других частей.
– Пустая как барабан, – подытожил выступление Василий Шулепов.
Именно по этой причине он «не заметил» в подписываемом с ООО «Лейбштандарт» договоре пункта об изъятии внутренних частей из САУ.
Не сказал чего-то более дельного и бывший первый заместитель главы города Николай Андрюшин.
Новодел есть?
Интересным оказался допрос свидетеля Антона Арестова. Он – индивидуальный предприниматель из Москвы. На протяжении 20 лет занимается реставрацией антиквариата по металлу. Имеет инженерно-техническое образование. В ходе следствия Арестова попросил осмотреть самоходку один из следователей.
– Я осмотрел САУ после ее реставрации, – рассказал суду Арестов. – Нижняя ее часть выполнена из свежего металла. На мой взгляд, года два назад. Рубка в самоходке ржавая, а ходовая часть – нет, будто никогда и в земле не лежала.
Арестов также рассказал, что видел свежие срезы на САУ, отсутствие некоторых частей. Его поразил «современный металлопрокат».
– Нижняя часть коробки выполнена из свежего металла, без ржавчины, – рассказал свидетель. – А вместо листов толщиной 50 миллиметров на самоходке наварены листы на 20 миллиметров тоньше.
Как заверил инженер, измерял толщину листов он штангенциркулем.
В показаниях свидетеля усомнился адвокат подсудимого. Он заподозрил Арестова в сговоре с другим экспертом – Монетчиковым, который в суд не явился, а также в «нужных» связях со следователем, попросившим его об услуге. Однако Арестов, предупрежденный об ответственности за дачу ложных показаний, стоял на своем.
Эта перебранка стала последним аккордом судебного заседания. Следующие слушания состоятся 26 февраля.