Дружить городами
На майские праздники встретился с крымчанами. Молодая пара. Воодушевленные, позитивные, деятельные.
Женя интересуется историей. Она по образованию биофизик, но работает в Севастополе экскурсоводом.
- Мы всегда завидовали, что в России такой президент – Путин. На Украине все прозападные лидеры. Других людей к большой политике не подпускают, – говорит Женя.
А я удивляюсь ее оценке Путина. Конечно, с ним лично я не знаком. Зато столкнулся с «птенцом гнезда Путина» – губернатором Подмосковья Воробьевым, который во время рабочего визита в район, нарушая закон, агитировал за одного из кандидатов в главы района. То есть поступил по понятиям.
- Я не знаю Воробьева, – глаза Жени округляются. – Теперь Путин – наш президент, и мы этому рады.
Это у Жени семейное. Ее отец – видная фигура в окружении народного мэра Севастополя Алексея Чалого – непосредственно участвовал в подготовке и проведении крымского референдума. В Георгиевском зале на приеме Путина он сидел рядышком с Чалым и слушал речь президента.
Но еще я увидел в глазах Жени некоторую добрую эйфорию от победы, от присоединения к России и от веры в светлое будущее. Такое воодушевление у нас было в годы перестройки. Пустые полки в магазинах, неустроенность, но огромная вера в ближайшее светлое будущее. Потом будущее оказалось не таким уж светлым, точнее, для большинства россиян и вовсе беспросветным. Впрочем, сейчас в Крыму средняя пенсия три тысячи шестьсот рублей, средняя зарплата – около девяти тысяч рублей.
Но это все политика. Мы больше говорили о том, что нас объединяет.
Я рассказал об Афанасии Никитине. Это он в «Хождении» впервые назвал Балаклаву этим, ставшим обычным, именем, а потом побывал в Кафе (Феодосии). Там сейчас памятник ему. Третий памятник Никитину в мире. Первый – в Твери, второй – в Индии и третий – в Феодосии.
Женя – фанатка «35-й батареи» Севастополя. Может о ней рассказывать бесконечно.
Перешли к обмену подарками.
На память о городе воинской славы Волоколамске я дарю ей свою картину. Она о глобальном. На картине – остров, на котором Волоколамский кремль.
Вот так будет выглядеть Волоколамск в пик глобального потепления, – шучу я, опустив грустный момент, – Севастополь уйдет под воду еще раньше, чем Волоколамск...
Жене такой подход к будущему показался прикольным. Молодежь. Она пригласила меня в «35-ю батарею»...