ОТ КРЕМЛЯ ДО ПАШТЕТА: ЧЕМ ГОРДИТСЯ ПОДМОСКОВНЫЙ ВОЛОКОЛАМСК

Почти год «журналистский десант» «Каравана“ колесил по Тверской области, пытаясь понять, чем живет районный центр как особое социальное, политическое, культурное образование. Все города встречали по-разному: кто открывал объятия, кто захлопывал двери, но все поездки, безусловно, помогали лучше узнать родную область (сколько там было открытий чудных!) и понять феномен современной российской провинции.

Потом нам стало тесно в границах региона, и тогда мы придумали проект» +200». Теперь, помимо поездок по Верхневолжью, мы будем высаживаться в соседних с тверской областью городах – тех, что находятся в пределах 200 км от границы.

В середине декабря журналисты «Каравана» прибыли в Волоколамск.

После этой  командировки окончательно подтвердился тезис, что все райцентры похожи. Во всех есть свой кремль (или священное место, что его заменяет). Везде есть оппозиционные журналисты (часто это местная интеллектуальная элита, но встречаются и фрики). Везде – от Кашина до Волоколамска – не хватает кадров вообще и медицинских в особенности. Жители стонут без кардиологов, акушеров, педиатров.

Везде радостно встречают библиотеки, музеи и школы искусств – там работают неравнодушные, креативные, влюбленные в свое дело люди.

Везде предприятия возмущаются, что журналисты не знают терминов.

Везде главы районов упоенно говорят о своих успехах и нехотя – о проблемах.

Вместе с тем у каждого райцентра есть свой неповторимый ореол. Волоколамск – это город многослойный, как цифровой диск. Здесь и глубокая старина(древнейший город в Московской области), и воинская слава (близ города 28 панфиловцев остановили фашистов), и определенные промышленные успехи (по сравнению с тверскими райцентрами, здесь больше крупных инвесторов и предприятий «на ходу»).

В Волоколамске сильно чувствуется соседство с Тверью. У кого дочка в Ржеве, у кого брат в Старице, кто каждое утро мотается из тверских райцентров в Волоколамск на работу, а кто лет 20 как переехал туда на ПМЖ. Впрочем, наш проект и нацелен ломать границы: и территориальные, и те, что в человеческом сознании. Надеемся, с Волоколамском эта цель будет достигнута.

11:25. На редакции не висит табличка

Влад Мурашов, редактор местного портала «Ламаград», водит пальцем по карте Волоколамского района, пролагая для нас виртуальные маршруты. Он бойко сыплет названиями заводов, усадеб, памятников, именами руководителей и бизнесменов, эпизодами из истории края.

– Посмотрите на потолок: здесь изображена старинная карта Волоколамского района, – мы задираем головы и смотрим на бежево-серый потолок кафе«Ладья». – По ней и сейчас можно ориентироваться.

Мы сидим в кафе, а не в редакции «Ламаграда», потому что там негде разместить гостей. Таблички на редакции тоже нет. Осенью у Влада сожгли автомобиль – говорят, что «Ниссан Кашкай» поплатился за свободомыслие хозяина и его острые журналистские материалы.

– Мы не оппозиция, – поправляет Влад. – Мы просто выражаем свою гражданскую позицию, стараясь писать правду о положении в районе.

11:30. Мэр города мечтает, чтобы его называли по имени

В фойе волоколамской администрации торгуют пирожками. Стены увешаны художественными фотографиями – с ветеранами у мемориала «28панфиловцев», с открытия трассы «MoscowRaceway» и прочие.

В кабинете у главы Волоколамска Василия Шарова идеальный порядок. На стене – вытканный герб Волоколамска: вверху святой Георгий убивает змея, внизу – зеленый треугольник.

Василий Шаров занимает мэрский кабинет всего два месяца. До этого он 17 лет возглавлял ПАТП – одно из крупнейших местных предприятий.

– Как изменилось ваше восприятие города с тех пор, как вы стали мэром?

– Конечно, смотришь на все другим, хозяйским взглядом: на контейнерные площадки, на спортивные объекты и городской парк. Вся ответственность на тебе, и многое хочется изменить. Два месяца – слишком малый срок. Но вот 10 дней как снег, и качество уборки и ответственность коммунальных служб я оцениваю высоко.

В кабинете трезвонят телефоны: то рабочий, то сотовый. Василий Шаров переключается с одной трубки на другую, не забывая давать интервью.

– Вы не стали зазнаваться после прихода на пост?

Мэр пожимает плечами и отвечает браво:

– Я прошел и огонь, и воду, и медные трубы. Уже хочется, чтобы меня называли по имени, а не по имени-отчеству. Я долго был директором, 5 созывов избирался в местный совет депутатов, председательствовал в совете работодателей… Мне не надо славы, я хочу лишь поделиться своим управленческим опытом.

– Как вы считаете, вас любят в городе?

Пауза.

– Меня многие знают. На моем предприятии работало полгорода. А сейчас я бросил любимое дело, ушел в неизвестность на зарплату, в три раза меньшую. Со мной с насиженных мест сорвалась моя команда. Когда я последний раз выступал на собрании в АТП, у меня впервые задрожал голос. Тогда все пришли, с кем я работал, – все ветераны, которым я помогал… Так что, думаю, меня поддерживают.

– Каковы сферы деятельности в Волоколамске наиболее развиты?

– Здесь высоко поднята планка спорта и образования. Хорошо развита транспортная сеть – в этом есть и моя заслуга. Здесь расположены предприятия мирового уровня – паштетный завод «Дека», агрохолдинг «Авангард», завод«Кэн-Пак»… Тем не менее мы считаемся дотационным районом. Пока еще мало инвесторов, надо активно развивать торговлю и строительство.

– Чем может гордиться Волоколамск?

На вопрос Василий Шаров отвечает с большой патетикой:

– Я горжусь, что Волоколамск – город воинской славы. Горжусь знакомством с людьми, которые доказывают, что Россия – великая страна. Это Виктор Федорович Чубаков, главный агроном знаменитого в СССР совхоза«Холмогорка». Это Михаил Матвеевич Горшков, которому в декабре исполнилось 100 лет, бывший директор совхоза «Холмогорка». Это Юрий Федорович Харламов, генерал-майор, командующий войсками стратегического назначения стран Варшавского договора. Это Галина Петровна Баранова – ветеран труда и образования.

– В юности, живя здесь, вы могли подумать, что возглавите Волоколамск?

– Не знаю, – разводит руками Шаров. – Наше поколение воспитывалось не так, как современное. Я хорошо всегда учился, активно занимался спортом, поступил в Тучковский автотранспортный техникум, а затем на механический факультет ВЗИСИ.

Мы не ставили глобальных целей, а просто делали свое дело. Сейчас на досуге я люблю заниматься сельским хозяйством. У меня дома живут курочки, собачки… Если бы я не стал транспортником, то, наверное, пошел бы в фермеры.

 

12:30. Кремль дружит с итальянцами

 

В музее «Волоколамского кремля» нас встречает директор Виктор Ивченков. Этот невысокий седовласый мужчина – известный археолог, преподаватель истфака МГУ, яркий и энергичный человек. Он и проводит увлекательную экскурсию по музею.

Волоколамский кремль – это не одно здание, а целый архитектурный ансамбль, удачно сохранившийся с XII века до наших дней. Это Никольский собор XIX века, белокаменный Воскресенский собор XV века, колокольня XVIII века, архитектурная ограда с башенками XIX – начала XX века. Сейчас здесь расположен историко-археологический музей.

– Музей был создан в 1989 году, – вводит в курс Виктор Ивченков. – Он существовал и до этого, правда, экспонаты были собраны в кучу и пылились в углу. Мы просто расставили все по своим местам.

По стенам висят яркие художественные фото – с музейных праздников, раскопок, дружеских посиделок. Это работы того же Ивченкова, ко всему прочему, профессионального фотографа. Книги на музейном прилавке – «Удивительные пчелы» и «Волок Ламский XI–XVI веков» – тоже он написал. Ту, что про пчеловодство, – на двух языках, русском и итальянском.

Мимо проходит экскурсия человек из десяти. Ее ведет хрупкая девушка с тихим голосом, одетая во все темное.

– Как можно попасть к вам на работу?

– Надо назубок знать историю, духовную культуру народа и фольклор. Сотрудник выбирается на конкурсной основе, – просвещает Виктор Леонидович. – Вот Анастасия – наш новый экскурсовод. Она лучше всех кандидатов сдала историю.

Основная экскурсия музея Волоколамского кремля – это история Волоцкой земли от древности до современности. Издавна этот край населяли вятичи, кривичи и новгородские словене. Основали Волок Ламский новгородцы – как выгодный торговый пункт между Новгородом и Московскими и Рязанскими землями. Через город они волокли ладьи с товарами из реки Ламы (приток Шошы) в реку Волошню (приток Рузы).

– Обратите внимание на эту экспозицию, – комментирует Виктор Ивченков. – Здесь показано, как именно волокли ладьи с товаром. Чтобы из устья одной реки попасть в другую, надо протащить ладью по земле. Ладьи волокли по уложенным на земле круглым бревнам.

Масса экспозиций в музее связана с бытом людей, населяющих эти края. Например, восстановлена изба XII века. Правда, вещи в ней уже XIX века – прялки, сундуки, кухонная утварь.

– А здесь представлены кости животных, найденных на территории кремля – так называемых «строительных жертв», – объясняет Виктор Леонидович. – Раньше при постройке здания под стены или под порог обязательно закапывались кости зверей – чтобы дом стоял долгие годы.

– Вы тоже участвуете в раскопках?

– Конечно. Я их даже организую. Вскоре мы собираемся провести раскопки в Италии – в городе Помпее. На эту поездку заявлено уже около 1500 человек. К нам регулярно приезжают итальянцы на переговоры и презентации.

13:05. Книги стоят в углу библиотеки

 

Двухэтажное здание библиотеки, очень ровное и светлое, смотрит на прохожих новенькими пластиковыми окнами.

Однако внутри не так радужно. Гигантские стопки связанных бечевкой книг сиротливо лежат в углу. Столбом стоит пыль, слышны звуки перфоратора. В библиотеке идет затяжной ремонт.

– Пока только косметический, – уточняет сисадмин Станислав. Он сидит на втором этаже, в глубине еще нетронутых пылью и ремонтом книжных шкафов. –  А когда будут ремонтировать внутри – пока неизвестно.

– Но читатели-то к вам приходят?

– Иногда. Большинство думает, что мы закрываемся, когда видят, что тут творится.

– А молодежь среди них есть?

– Немного. Недавно вот провели wi-fi, надеемся хоть так привлечь молодежь.

Пока открыта библиотека, можно весь день сидеть в Интернете, в том числе в социальных сетях. Правда, скачивать ничего нельзя.

13:30. На «ЗМ» объясняют, что такое скотч

 

«3М» – одна из старейших мировых компаний, основана в 1902-м в США. В Волоколамске стоит один из многочисленных заводов мирового бренда.

Здесь производят дорожные знаки, губки для мытья посуды, антикоррозийные покрытия для трубопроводов, индустриальные ленты и т.п. Второй российский завод «3М» строится сейчас в Татарстане.

– Сегодня «3М» производит более 50 000 инновационных товаров. Иногда люди, работающие здесь много лет, видя некоторые продукты, удивляются: «И это тоже „3М“?» И это тоже, оказывается, «3М!» – улыбается специалист отдела по работе с персоналом Кирилл Михайлов, интеллигентный молодой человек с креативной бородкой.

Основная продукция волоколамского завода – это антикоррозийные покрытия для трубопроводов нефтегазовой отрасли. Они наносятся на трубы изнутри и снаружи, выдерживая критические температуры, внешнее атмосферное воздействие и не разрушаясь нефтью и газом. Главным заказчиком покрытий является «Газпром».

– Бытует мнение, что волоколамский «3М» производит скотч. Однако Скотч^® – это не любая липкая лента, как вы думаете, – поясняет менеджер Кирилл Михайлов. – Скотч^® – это бренд компании «3М», под которым выпускаются клейкие ленты и клеи. Название «скотч» легло в основу других торговых марок компании, под которыми выпускаются губки для посуды, лакокрасочные материалы, клей-карандаши и т.п. На заводе мы также делаем индивидуальные средства защиты для работников промышленного производства, а именно респираторы разного назначения.

После ознакомления с инструкцией по безопасности, с запретом на фото- и видеосъёмку одноразовый халат, башмаки из толстой кожи и пластиковая табличка «Visitor» становятся неотъемлемыми частями моего имиджа в цехе завода «3М».

Станислав Гаврилин с помощью сложной машины с ЧПУ нарезает из белого полотна основу для респиратора.

– До этого я работал в автомагазине. Этим станком научился управлять за неделю, – делится оператор.

13:40. Уборщик Юра второй раз моет лестницу

В волоколамской поликлинике уборщик Юра – плотный мужчина в синей клетчатой рубахе нараспашку и белых кедах – моет шваброй лестницу.

– Работаю здесь лет семь, – нехотя рассказывает он. – С инвалидностью другую работу трудно найти. В основном мою лестницы, но, если меня попросят, во всем могу помочь: привинтить, приколотить, притащить…

– У вас большая нагрузка?

– Достаточная. Два раза в день приходится мыть лестницы и между ступеньками порошком протирать.

– А вас не раздражает, что вы тут моете, а я топчу грязными сапогами?

Юра широко улыбается.

– Вы топчите, а я подотру. Я не буду плакать.

Страница сохранена из архива сайта. Комментарии не восстанавливались.