Война прошла сквозь нас!

19 мая 2014 · Владислав СОЛОВЬЕВ · 'Старый' Ламаград

Главное событие в жизни 77-летней жительницы Волоколамска Ксении Ашкапиной – бой у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 года. Тогда она была ранена. В пятилетнюю девочку попало пять пуль...

Невольные свидетели боя у разъезда Дубосеково
Родилась Ксения Ашкапина осенью 1936 года на Полтавщине. Спасаясь от голода и репрессий, ее отец Федот Пунда с женой и двумя малолетними дочками покинул родную Украину и обосновался в деревне Жданово Волоколамского района. Купил скромный домик и устроился работать путевым обходчиком на железную дорогу. Обслуживал он участок от станции Волоколамск до разъезда Дубосеково.

Началась война. Федот Пунда с семьей так и жил в деревне Жданово. На фронт его не взяли. Он трудился на железной дороге до прихода немцев.
– Во время бомбежки мы бросились бежать кто куда, – вспоминает Ксения Федотовна. – Мой отец вместе с нами перебрался в железнодорожную будку на переезде. Около будки в огороде был блиндаж. Чтобы не погибнуть, мы решили там спрятаться, но, как оказалось, туда набилось и без нас много народу. Отец с мамой, я и 11-летняя сестра Галина уселись на каких-то мешках у входа в блиндаж и прижались друг к другу. Было холодно. На поле грохотали взрывы. Шел бой…

Когда же маленько утихло, возле блиндажа появился немец с автоматом в руках. Он посмотрел, кто сидит в блиндаже, навел дуло автомата на меня и нажал на курок. Раздался треск автоматной очереди. Тотчас же я почувствовала боль в ногах. Немец ушел, а папа схватил меня на руки и побежал со мной в будку, чтобы перевязать мои раны от четырех пуль на ногах.

Возле будки, прямо у стены, лежал германский радист с какой-то коробкой и что-то сообщал по рации. Будка вся простреливалась со всех сторон, и тут шальная пуля попала мне в ногу. Это была уже пятая рана за один день. Хорошо, что все пять пуль прошли навылет, ни одна из них не застряла в костях.

От войны до гвоздильни
По словам Ксении Ашкапиной, она помнит, как отец долго лечил ее ноги. В больницу она не обращалась. Все зажило, только следы от пуль маленькими ямками остались на ногах до сих пор.
– Когда наши войска отступили к Москве, то бои прекратились, – продолжает свой рассказ пожилая женщина. – В деревне Жданово поселились немцы. Иногда они ездили воевать, но опять возвращались. Фашисты спали на полу, подстелив солому, а мы – на русской печке. О том, кто сражался у разъезда Дубосеково, пока мы отсиживались в блиндаже, я не знала. О панфиловцах я услышала лишь после войны, когда училась в школе. После оккупации, в 1942 году умерла мама. Отец остался с двумя дочками. Он так и работал на железной дороге.

Училась я в деревне Муромцево. Там окончила четыре класса начальной школы. Помню свою первую учительницу Анну Павловну. Затем с пятого по седьмой класс ходила учиться в город на Советскую улицу.

Окончив семь классов, устроилась штамповщицей в гвоздильню на станции Волоколамск. Там я штамповала гвозди разных размеров. Параллельно училась в вечерней школе.

Из Волоколамска через Сибирь в Волоколамск
Дальнейший этап жизни Ксении связан не с Волоколамском. В 1950-е годы молодежь целыми поездами ехала на сибирские и уральские стройки коммунизма – осваивать малозаселенные территории Советского Союза. Девушка уехала в Соликамск, а затем в Красноярский край. Там она вышла замуж, получила профессию преподавателя русского языка и литературы в Абаканском педагогическом институте и работала учителем в школе.

В 1970-х годах Ксения Ашкапина вернулась с мужем и двумя детьми в Волоколамский район к своему пожилому отцу. Муж устроился водителем в совхоз «Волоколамский», а она – преподавателем в школу №2. Через некоторое время Ксения Ашкапина перешла на другую работу – в школу слепых. Получила второе педагогическое образование на кафедре тифлопедагогики Ленинградского пединститута имени Герцена. 17 лет она проработала в Волоколамском центре реабилитации слепых…

В редакцию Ксения Ашкапина пришла после публикации о всероссийском движении «Дети войны». Ее интересовало, где можно вступить в организацию.
– Война всегда с нами. Память жива, пока мы живы, – пояснила Ксения.

Движение «Дети войны» – это коллективная память...

Страница сохранена из архива сайта. Комментарии не восстанавливались.