История одного человека (17)

"...Глава V. Снова на фронт.

 

На фронт мы ехали поездом одной командой в 74 человека. Для сопровождения нас от училища командировали лейтенанта. В Киеве нас высадили на вокзале, в столовой накормили горячим обедом. С вокзальной площади мы посмотрели на город. Дальше в город нас не пустили потому, что вскоре мы двинулись дальше: на Житомир, Львов ...

 

Во Львове нашу группу распределяли по фронтам, проходившим уже по странам Европы. Во Львове мы пробыли пару дней. Погуляли по городу, посмотрели старинные здания, сходили на базар, где продавалась всякая всячина: колбаса с криком продавца: "Кивбаса, кивбаса", даже кофе горячий - "кава горонца". Все это можно было купить, но у нас почему-то не было денег. Кормили нас в столовой. Сходили в кинотеатр, посмотрели фильм "Свинарка и пастух". На дневном сеансе кроме нас почти никого не было.

 

Из 74 человек в Польшу было направлено 30. Наш путь лежал на Люблин, на Варшаву. Варшава, взорванная немцами, лежала в руинах. В одном из разрушенных домов, в подвале, нас поместили с мирными жителями на ночлег. К нам подошла одна из женщин. Она рассказала о своей судьбе. У нее муж был командиром Красной Армии в погранвойсках на границе с Польшей. В начале войны он погиб, а она попала в плен и работала с полячками на немцев.

 

Утром мы поехали на Запад и прыбыли на станцию Кутно. Это 120 км от Варшавы. В Кутно располагался штаб 2-го Белорусского фронта, под командованием генерала Рокоссовского. В штабе Рокоссовского из нашей группы отобрали 6 человек, остальных повезли дальше на Запад, в штаб 1-го Белорусского фронта, к Жукову. 

 

Здесь, в Кутно у штаба, я увидел Рокоссовского, садившегося в машину в сопровождении офицеров. На ночь нас поместили в бывшие немецкие казармы. Вечером, проходя мимо вокзала, ребята познакомились с девушками разных национальностей. Здесь были и русские, и украинки, и белорусские девушки, и полячки, и другие. Они ожидали своего отправления домой. Был март, на улице холодно. Наши офицеры предложили девушкам погреться в казармах. Некоторые согласились, а потом и остались ночевать в казармах с офицерами. Казармы были оборудованы нарами в два этажа и разделены по-купейно, как в вагонах поездов. 

 

На утро ребята простились с девушками и после завтрака отправились дальше на фронт. Одна группа, в шесть человек, в которую попал я, поехала в штаб 65-ой армии, входившей в состав 2-го Белорусского фронта, в направлении северо-запада от Кутно, в сторону Балтийского моря, к городу Данциг. А основная группа поехала к Жукову. От Кутно нас никто не сопровождал. Прикомандированный лейтенант поехал сопровождать основную группу, а наши документы с характеристиками из училища остались в штабе у Рокоссовского. Потом их прислали в штаб 65 армии, а затем в часть, в которую нас направили. На пути к фронту было еще несколько десятков километров, и мы должны были проехать города Торн и Быдгощ. (Когда Торн отошел к полякам, они его назвали Торунь). Торн красивый город со старинными зданиями и почти не разрушен при освобождении.

 

Мы ехали попутными машинами. Между Торном и Быдгощью ночевали в польском селении. Польская семья - мать с девочкой лет 15-ти, пустила нас переночевать. Нас покормили сытным ужином, и мы в знак благодарности помогли хозяйке с дровами. Распилили и накололи целую поленицу. Когда пилили дрова девочка бегала вокруг нас, укладывая дрова, смеялась, резвилась, заигрывая с русскими офицерами. Мать девочки жаловалась на немцев: "Вшиско герман забрав", в переводе на русский - "все немец забрал". Поэтому поляки в конце войны, сражавшиеся вместе с нами, мстили немцам больше чем русские.

 

Мы приехали в город Быдгощ под вечер. В центре города были свежевырытые братские могилы с фанерными надгробьями со звездочкой наверху и фамилиями тех, кто отдал жизнь за освобождение Быдгощи.

Мы обратились в комендатуру с просьбой о ночлеге. Комендант города распорядился и дал нам солдата для сопровождения к ночлегу. Солдат привел нас к священнику местного прихода. Священник был молодой, симпатичный, без бороды и усов. Пострижен обыкновенной мужской прической. Нас покормили первым, вторым. На второе были котлеты, на третье - кофе. Отвели нам отдельную комнату. Постель была мягкая из перин. Укрылись добротными мягкими одеялами. 

 

Утром позавтракали, поблагодарили хозяев - священника и его жену. Комендант помог с транспортом, и мы добрались в штаб 65-ой армии. Этой армией командовал генерал Батов. В свое время он воевал добровольцем в Испании. По рассказам офицеров в Испании он имел кличку "фриц". Ведь там все наши не имели своей фамилии для конспирации. В штабе армии нас распределили в один полк. Полк входил в состав армии и подчинялся непосредственно штабу армии. Назывался он: 543 армейский противотанковый полк. В нем было шесть батарей, и нас направили в каждую по одному. Меня назначили командиром взвода управления 1-ой батареи.

 

В батарее было четыре офицера: командир батареи, капитан Слепец, командир первого огневого взвода, старший лейтенант Абрамычев, командир второго огневого

взвода, лейтенант Константин Педенко. Фамилию командира взвода управления я забыл. Я был назначен на его место. Он замещал командира батареи. Через две недели он погиб в уличных боях за город Данциг..."